Апартаменты в России. Москва и Санкт-Петербург.

АРХИВАРИУС.

				
				
				
АРХИВАРИУС.
     Дмитрий ЛАВРОВ для "Сегодня".
     ХОТИТЕ ПРОЙТИСЬ ПО ЭЙХГОРНШТРАССЕ? ОТПРАВЛЯЙТЕСЬ НА КРЕЩАТИК.
     В эти дни Киев отмечает очередную годовщину освобождения от
немецко-фашистской оккупации. Немного осталось живых свидетелей
того, как наши войска 6 ноября 1943 года вернулись в Киев, победно
прошлись по Крещатику. Еще меньше тех, кто помнит, какой была
улица, когда на ней хозяйничали немцы.
     Начиная с июля 1941 года весь город был изрыт окопами и рвами.
Строились баррикады. Устанавливались противотанковые "ежи". Мешки с
песком и бумажные кресты на окнах стали неотъемлемыми атрибутами
киевских улиц. Столица Украины готовилась к обороне и доблестно ее
держала до 19 сентября.
     Гитлеровцы вошли на Крещатик с помпой. Они разместились в лучших
кварталах и заняли лучшие отели. На дверях некоторых магазинов и
кафе появились таблички: "Нур фюр дойче" ("Только для немцев"). В
Оперном театре давали "Лебединое озеро". По проспектам скользили
шикарные "Опель адмиралы". Подвыпившие немецкие офицеры
вываливались из ночных ресторанов с песней, которая переводится на
русский приблизительно так: "Мы встречались при свете фонаря у
казармы". И всему этому молча внимал Крещатик, переименованный
захватчиками в фон Эйхгорнштрассе.
     В разговорах киевляне часто упоминают о "самом красивом доме" на
Крещатике. То ли дворец, то ли замок, этот многоэтажный импозантный
дом был построен в 1903 году по проекту архитектора Владислава
Городецкого. До революции в нем размещалось Русское страховое
общество, а перед войной -- любимый самыми маленькими киевлянами
магазин "Детский мир". Доходный дом на Крещатике отдаленно
напоминал резиденцию средневековых рыцарей. Высокий остроконечный
шпиль венчал купол полукруглой башни, которая, в свою очередь,
пересекалась поэтажно "поясами" ажурных изогнутых балконов.
Гигантская мансарда с металлической вязью на крыше и башенками с
треугольными фронтонами была похожа на корону и прекрасно
просматривалась как с Думской площади, так и с Бессарабки.
     Вероятно, эта готическая пышность и очаровала потомков тевтонских
рыцарей. Первым делом немцы устроили в здании свою комендатуру. Они
даже не задумывались над тем, что кто-то может оказаться умнее их.
Но "троянский конь" был уже подан. Через пять дней двумя страшными
взрывами "Детский мир" превратился в руины.
     А затем взлетел на воздух высотный дом на противоположной стороне
Крещатика, где до революции веселил душу "театр-электробиограф
Штремера", а перед войной открыли кондитерскую. Эти здания стали
эпицентром сентябрьских взрывов. Намеченный Гитлером на 8 августа
парад немецких войск на Крещатике не состоялся ни в августе, ни в
сентябре, никогда.
     Минная эпопея продолжалась: дома взлетали на воздух в совершенно
разных местах и в самое непредсказуемое время.
     Долгие годы все разрушения в центральной части города
приписывались немецко-фашистским оккупантам, и лишь в период
"хрущевской оттепели" выяснилось, что в Киеве действовала
подпольная группа антифашистов во главе с Иваном Кудрей (по кличке
"Максим"). В "Справке КГБ при Совете Министров УССР",
опубликованной в 1963 году, есть такой абзац: "И хотя утвердительно
никто не может сказать, кто конкретно осуществлял подобные взрывы,
уносившие в могилу сотни завоевателей, нет сомнения, что к этому
приложили руку лица, имевшие отношение к группе "Максима". Главное
же состояло в том, что заносчивым фашистским завоевателям эти
взрывы давали понять, что хозяином оккупированной земли являются не
они".
     Все 778 дней своего пребывания в городе фашисты, хотя и
чувствовали себя, как дома, но не забывали, что в гостях. 2 мая
1943 года во время вечернего спектакля в Оперном театре, которым
руководил кенигсбергский капельмейстер, в партер, пробив крышу, с
ужасным свистом угодила авиабомба. Но, кроме семи гитлеровцев,
оказавшихся в месте падения снаряда, никто не пострадал. Бомба не
взорвалась.
     Это произошло в дни весеннего советского праздника. А вот накануне
годовщины Октября дела приняли совсем иной оборот. "Черная смерть"
(так фашисты называли советские штурмовики) буквально обрушилась на
город. Так продолжалось несколько дней. Наконец в ночь на 6 ноября
с воющими сиренами и зажженными фарами в пригородах Киева появились
первые танки. Возвращались хозяева города, счастливые и гордые.