Апартаменты в России. Москва и Санкт-Петербург.

БЫЛОЕ ОСТАЕТСЯ С НАМИ.

				
				
				
   БЫЛОЕ ОСТАЕТСЯ С НАМИ.
   НАШИ НА ЛАЗУРНОМ БЕРЕГУ В ДЕКАБРЕ 1843 ГОДА ГОГОЛЬ ПИСАЛ:
"НИЦЦА - РАЙ. СОЛНЦЕ, КАК МАСЛО, ЛОЖИТСЯ НА ВСЕМ: И ВОЗДУХ
ЛЕТНИЙ. СПОКОЙСТВИЕ СОВЕРШЕННОЕ:".
   Лидия НОВИКОВА.
   Любуясь бирюзовым морем, я вдруг подумала, что вот также здесь
вслушивались в успокаивающий шум волн и наши соотечественники:
Герцен, Салтыков-Щедрин, Тютчев, Чехов, Бунин, Куприн:
   Быть может, здесь грезила славой и бессмертием талантливая
Мария Башкирцева, не дожившая из-за чахотки до 24 лет. Ее
"Дневником" вот уже столетие зачитываются многие. Свою первую
книгу: "Вечерний альбом" посвятила ей Марина Цветаева. Несколько
картин Марии - в местном Музее изящных искусств, разместившемся
во дворце Кочубеев.
   Другая великая женщина, Айседора Дункан, именно в Ницце, на рю
де Франс, параллельной набережной, села в новый автомобиль,
бросив подруге: "Я еду к Славе". И длинный шарф, обвив намертво
ее шею, на самом деле увлек в бессмертие. Она пережила своего
златоголового возлюбленного Сергея Есенина всего на три года.
   Здесь на православном кладбище нашли последний приют
Волконские, Мусины-Пушкины, Голицыны, Оболенские, княгиня
Юрьевская - морганатическая жена Александра II, генерал Юденич.
Да всех не перечислишь.
   Жизнь в Европе казалась многим россиянам раем. Однако у
Александра Герцена есть прелюбопытное наблюдение: "Поживши
год-другой в Европе, мы с удивлением видим, что западные люди не
соответствуют нашему понятию о них, что они гораздо ниже его". И
это так.
   Другое дело, что живется где-нибудь на Лазурном берегу
комфортнее и вольнее. Еще Чехов писал: ": от каждой собачки,
которая виляет хвостом на улице Ниццы, веет цивилизацией". Прошло
столетие - ощущение то же.
   ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ.
   С моими спутниками мы искали в Ницце с картой в руках Русский
Православный Кафедральный Собор, обозначенный на крохотной улице
Николая II, рядом с Бульваром Царевича. Подошли к нему, когда
вечерело.
   Собор вырос перед нами неожиданно. Казалось, он весь устремлен
в небо: так хорошо поставлен на возвышении. И похож на Храм
Василия Блаженного. Лишь маковки семи куполов расписаны не так
ярко, как московские, выдержаны в серо-зеленой гамме. Из церкви
вышел молодой служитель. Мы поздоровались и разговорились...
   В середине прошлого века вдовствующая императрица Александра
Федоровна - мать Александра II - приплыла на русском фрегате на
юг Франции, в бухту Вильфранш. Она искала зимний курорт для своей
семьи и остановила выбор на здешних местах. В память об
императрице один из бульваров Вильфранша носит ее имя, недавно
Александре Федоровне установлен там памятник.
   Нашла она в Ницце виллу и для своего любимого внука -
цесаревича Николая. Европейские светила определили у него
туберкулез позвоночника. Лишь один медик обнаружил нарыв в
позвоночной мышце, однако ему не поверили и продолжали прежнее
лечение.
   Цесаревич держался безукоризненно, мало кто догадывался о его
муках. Наследник престола отличался добрым сердцем и здравым
умом. Он был влюблен в датскую принцессу Дагмару. Молодые люди
обручились, но в Дании случилась беда - Николай упал с лошади.
Повредив позвоночник, он приехал в Ниццу, а вслед за ним - и
Дагмара с матерью. Болезнь стремительно прогрессировала. Нарыв
лопнул, гной разлился по телу. Когда он дошел до головы,
примчался Александр II.
   Два дня отец не отходил от постели умирающего сына:
   Перед смертью Николай взял слово у брата Александра, что тот
женится на Дагмаре. Николаю было всего 21 год, когда его не
стало. На месте бывшей спальни возведена часовня, ее алтарь -
там, где стояла кровать.
   Брат сдержал слово. Дагмара приняла православие и после
крещения стала Марией Федоровной. А сам он вошел в историю как
Александр III.
   Мария Федоровна не забыла первую любовь. В начале нынешнего
столетия она, уже царица-мать, обратилась к сыну - Николаю II - с
просьбой возвести рядом с ниццкой часовней Храм в память его
дяди. Строительство Церкви Святого Николая началось в 1903 году.
Она была освящена в 1912-м.
   Сейчас в соборе всего 150 прихожан. Живет он за счет туристов.
Плата за вход - два доллара. Несколько раз его настоятель
обращался к Патриарху Алексию II c просьбой взять церковь под
свое покровительство, но ответа из Москвы все нет.
   "ГОЛУБЬ-ПУТЕШЕСТВЕННИК".
   Дважды поднимались мы и к Александру Герцену, похороненному на
католическом кладбище на горе Шато. Надгробие нашли с трудом: оно
скрылось за пышной зеленью в самом углу этого ухоженного, но
малолюдного некрополя. Бронзовый памятник потемнел и позеленел от
времени.
   Александр Иванович умер в Париже в январе 1870 года. И не
оставил никакого завещания, кроме не раз повторенного желания
быть погребенным в Ницце, рядом с первой женой - Натальей
Александровной. Скончалась она там восемнадцатью годами раньше.
   Немало мук выпало на долю этой замечательной женщины. Четверо
ее детей умерли в младенчестве, пятый Коля остался в живых, но
все выстраданное матерью отразилось на нем, и мальчик оказался
глухонемым.
   В ноябрьскую ночь 1851 года пароход, на котором Коля вместе с
бабушкой, матерью Герцена, возвращался из Марселя, столкнулся в
другим судном и пошел ко дну: В Ницце родных ждали,
иллюминировали дом и сад, но вместо праздника пришло горе.
   Наталья Александровна была в то время снова беременна.
Трагедия надломила ее. Младенец не прожил и дня, а на следующий
не стало матери.
   РУССКИЙ ПАНСИОН И ГРАССКИЙ "БЕЛЬВЕДЕР".
   В начале набережной стоит отель "Бо Риваж". На его фасаде -
мемориальная доска, сообщающая, что здесь останавливался Чехов.
Возможно, так и было, но на непродолжительное время.
   Обычно Антон Павлович жил в Русском пансионе, располагавшемся
на уютной улице Гуно. Сейчас здесь отель "Оазис" - трехэтажный
особняк с деревянными ставнями. Говорят, после просьб Константина
Симонова, приезжавшего в Ниццу, мэрия установила две мемориальные
доски на фасаде отеля: "Русский писатель Антон Чехов жил здесь в
1898,1901 годах и в 1903 году".
   В Монте-Карло, в казино, нам рассказывали, как азартно играл
Антон Павлович, а когда проигрывал, будто бы чертыхался и не
стеснялся в выражениях. Современники же писали иное: увлечение
Чеховым рулеткой длилось совсем недолго, причем играл он мало и
сдержанно, чаще всего был в небольшом выигрыше, да и подходил к
игре трезво, почти с математическим расчетом.
   Сам Чехов писал из Ниццы в Россию: "В Монте-Карло я бываю
очень редко, раз в 3-4 недели. В первое время: проигрывал, весьма
умеренно, потом же игру пришлось бросить, так как она меня
утомляет - физически". Вот и верь гидам.
   Сюда, в Ниццу, к писателю приезжала художница Александра
Хотяинцева, талантливая карикатуристка. Сохранилось много ее
рисунков, сделанных в Русском пансионе. По утрам, вспоминала она,
Антон Павлович гулял по Английской набережной и, греясь на
солнышке, читал французские газеты. Из России он получал "Новое
время", а прочитав, пересылал номер бандеролью в Ментон, где
служил вице-консулом его русский знакомый.
   Этот пограничный с Италией город писатель вывел в "Вишневом
саде". У Раневской была дача "возле Ментоны", которую она
продала. Еще в прошлом веке на Французской Ривьере говорили, что
развлекаться надо в Ницце, отдыхать в Каннах, а умирать - в
Ментоне.
   Особое отношение к Лазурному берегу было и у Куприна. Его
раздражала развлекающаяся буржуазия, ее непомерные прихоти.
"Покойной английской королеве Виктории, - писал Александр
Иванович в своем эссе "Лазурные берега", - почему-то приглянулось
это болото, и тотчас же английский снобизм, русское обезьянство,
шальные деньги американцев и вечная лакейская услужливость
французов сделали из Ниццы модный курорт"...
   А вот Бунин любил юг Франции. В Грассе, что недалеко от Ниццы,
он снимал виллу "Бельведер", прилепившуюся к горе. Когда мы там
гуляли, мне все чудились две стройные фигуры в белом, блуждающие
по узеньким тропинкам чужого сада: Иван Бунин и его муза - Галина
Кузнецова. Здесь развивался их бурный роман.
   Все это было в начале столетия. А что на его излете? На
витринах магазинов и ресторанов Лазурного берега можно прочесть:
"Мы говорим по-русски". Даже в "Шантеклер", ресторане при
"Негреско", - лучшем отеле побережья, где останавливаются
коронованные особы, - предлагают меню на русском языке. В киосках
продаются московские журналы и газеты.
   Десант "новых русских" высадился здесь в последнее
десятилетие. Если пять-шесть лет назад наши богатые
соотечественники селились в лучших отелях, то сейчас они живут в
собственных дворцах. Сто пятьдесят вилл, пишут газеты, купили
русские только в минувшем году.